| Reset | A - | A + |
Главная \ Новости \ Архив новостей \ Лекция Александра Аузана в редакции «Новой газеты»
Лекция Александра Аузана в редакции «Новой газеты»
Архив новостей
13.05.2011 00:00

«Российская модернизация: факторы и возможности». Лекция Александра Аузана в редакции «Новой газеты», организованная «Центром политических коммуникаций при факультете журналистики МГУ им. Ломоносова»

Вот полная версия лекции:

– Дорогие коллеги! Про что я буду говорить? Я уже пять месяцев говорю только про одно: про модернизацию. У меня теперь идут лекции в жанре объяснительной записки. Поскольку в ноябре прошлого года президент назначил меня членом Комиссии по модернизации экономики, а в январе – руководителем консультативной группы Комиссии, каждый месяц мне приходится делать доклад по самым неожиданным вопросам. Поэтому лекции идут в жанре объяснительной записки, поскольку меня все время спрашивают: а зачем я этим занялся?

 

 

Тем более, что я - не чиновник, не то, что меня сняли с одной работы и назначили на другую. Я остаюсь профессором кафедры прикладной институциональной экономики экономического факультета МГУ, читаю курс. Прочел курс в George Mason University, где у нас программа двух дипломов. И все это в перерыве между работой на российскую модернизацию. Институт, организация независимых центров экономического анализа – никто ничего не отменяет, все только сверху кладут. А наиболее тяжкой работой становится вот эта – работа на российскую модернизацию. Поэтому я буду честно (это редко бывает) читать ту лекцию, которая обозначена: «Российская модернизация: факторы и возможности». Причем отдельно будет говорить про модернизацию, про российскую, про факторы и про возможности.

Первый вопрос – про то, что же мы называем модернизацией. Определение модернизации, которое дал Макс Вебер, и которое было замечательно простым насчет того, что «модернизация – это переход от традиционного общества к современному», нам абсолютно не годится. Почему?

Дело в том, что Россия – это поезд, который вышел из пункта А 300 лет тому назад (из традиционного общества) и никак не прибудет в пункт Б. Что это означает? Что у нас все это время продолжается модернизация? Вроде бы, нет. Она то идет, то прекращается. Причем, если говорить о традиционном обществе, то его, пожалуй, уже и не осталось. Традиционное общество – вещь довольно легко определимая, потому что у традиционного общества жизнь происходит по обычаям, где дети стремятся жить так, как жили отцы. Вот это общество у нас, если где-то и сохранилось, то только в некоторых точках Северного Кавказа, ну, может быть, еще пара мест найдется, но их очень мало. В целом, страна от традиционного общества ушла. А куда вышла?

Когда мы с коллегами – экономистами из МГУ изучали мировую статистику, и, похоже, мы нащупали современное определение модернизации, причем, такое операциональное, которое мы можем не только подтвердить, но и можем индикативным образом выразить, измерить. Модернизация (это признано) – процесс социо-культурный. Переход от традиционного к современному обществу это не экономический процесс. Это социо-культурный процесс, который связан с повышением автономности человека, с урбанизацией, сменой типов поведения и так далее. Но результатом модернизации является изменение экономических приоритетов.

Мы пошли обратным путем: мы выделили те страны, которые сейчас считаются модернизированными, и те страны, которые за последние 40 лет перешли в разряд модернизированных по высоким экономическим результатам. И стали сравнивать эти страны между собой - эти две группы, и другие страны. Сравнивали не по экономике, а по так называемым кросс-культурным измерениям. Есть несколько систем измерения культур, каждая из них по своему нехороша, но они имеют огромный плюс, потому что, если 40 лет несколько раз мерить по одним и тем же методикам, то получаются интересные результаты. Поэтому мы смотрели, как в методиках Инглхарта, Хофстеда, ведут себя эти самые страны. С экономикой все было очень просто, потому что (я много раз уже об этом в своих лекциях рассказывал) есть такие таблицы Медисона. Статистик Медисон в 90-е годы ХХ века, то есть, совсем недавно, сообразил, что статистика существует 200 лет в Англии, в России и Германии – больше 150, можно свести основные показатели в одну таблицу. Результаты оказались совершенно неожиданными. Потому что, когда он свел данные о размере валового продукта, о размере населения, и их соотношении, получилось, что страны движутся по двум скоростям, по двум траекториям: группа А и группа Б. И они расходятся между собой, и очень редки случаи перехода из одной траектории в другую. Так вот, есть страны, которые вторую космическую скорость набрали. Это страны Западной Европы, но не все - вот Испания никак не может, она начинает догонять, и снова проседает. Это страны Северной Америки, которые эту скорость набрали, есть, между прочим, страны Латинской Америки, которым эта траектория свойственна (но вряд ли вы догадаетесь, какие это страны: это Тринидад и Тобаго, и Пуэрто-Рико). Но главное, интересно, что есть небольшое количество стран, которые пересекли эту плоскость, этот разрыв, и перешли в высшую лигу – это страны Восточной Азии. Сначала Япония, потом Южная Корея, Тайвань, Сингапур и Гонконг – пять стран. (Похоже, это получается у Таиланда и Малайзии и, может быть, у Турции) Но об этом говорить рано. Мы взяли эти пять стран, у которых переход получился, и посмотрели, а что у них происходило по сравнительным социо-культурным характеристикам, как они отличались от тех, прежних индикаторов, стали ли они походить на них, что происходило в процессе. И были поражены, какая у них получилась дружная картинка! Все эти пять стран показали совершенно одинаковую динамику шести показателей, шести индикаторов.

Первые два вполне предсказуемо (привет Максу Веберу, он был совершенно прав!) связаны с ценностями самореализации, то есть, в странах, которые модернизируются, ценности самовыражения становятся важнее, чем ценности выживания. Там, конечно, если честно, происходят иногда срывы – вдруг в стране случается экономический кризис. Что тогда? Тогда отступают несколько ценности самовыражения и наступают ценности выживания, но в целом преобладают ценности самовыражения.

Второе: ценности рационально-секулярные, то есть, не связанные с религией, преобладают над ценностями религиозными, начинают преобладать. Причем, когда уже вышли на эту высокую траекторию, там разные могут быть отклонения, но в процессе перехода очень важно быть расчетливым и рациональным.

В-третьих, индивидуализм. Неважно, как мы с вами относимся: хорошо, когда индивидуализм высокий или нехорошо, но факт – для модернизирующихся стран характерно резкое нарастание индивидуализма и готовность действовать поперек ограничениям коллективистских культур. Это факт. Более того, в странах Восточной Азии коллективистские культуры размылись из-за этого рождения индивидуализма, в тех странах Восточной Азии, которые совершили скачок.

Четвертое. Так называемая «дистанция власти», то есть, как человек относится к государству: как к чужому и удаленному или как к чему-то, в чем он может участвовать. Для модернизирующихся стран характерно, конечно, падение этой дистанции власти, то есть, люди начинают воспринимать государство, как неотчужденное от них. При этом, заметим, что история эта политически очень непростая, что с Южной Кореей, что с Тайванем, что, тем более, с Сингапуром. Но «присвоение» людьми государства – общий признак движения к модернизации.

Два последних признака связаны с тем, что люди думают о том, как нужно было бы. То есть, когда людей спрашивают: «А важно ли, чтобы у вас был долгосрочный горизонт?». Они говорят: «Очень важно. У нас нет, но очень важно, что бы был «взгляд в будущее»». И, когда говорят: что важнее, процесс или результат, люди в модернизирующихся странах говорят: результат важнее процесса.

Эти шесть признаков наблюдаются у всех пяти стран, причем, эти признаки нарастают в процессе перехода. Это не существо процесса модернизации. Это, как бы сказать, - симптом. Вы пощупали лоб, взяли какие-то анализы, и сказали: вот по этим признакам можно сказать, что страна находится в процессе модернизации, если эти шесть показателей движутся по таким векторам.



 

Поиск

Технико-экономические преимущества установок СЖТ-Модуль

Все можно сделать лучше, чем делалось до сих пор. Г. Форд


1. Существующие установки переработки углеводородного сырья на НПЗ и НХЗ включают в себя физические и химические энергозатратные процессы. Технико-экономическая эффективность таких установок зависит от минимальной мощности производства, которая обеспечивает выпуск качественного целевого продукта.

Минимальная мощность современного НПЗ ≈ 1 млн.т/год (с глубокой переработкой – от 5-7 млн.т/год).

Установки «СЖТ-Модуль» позволят существенно снизить капитальные и энерго- затраты переработки и получить целевые продукты заданного качества вне зависимости от мощности проектируемого производства.

2. Существующие промышленные установки – крупные сооружения, занимающие значительные площади.

Установка «СЖТ-Модуль» в несколько раз компактнее и может комплектоваться в контейнерах.

3. Себестоимость переработки углеводородного сырья в целевые продукты установками «СЖТ-Модуль» на 30-40% ниже, чем при существующем крупномасштабном производстве из соответствующего сырья.

4. Возможность подбора технического режима переработки для различных углеводородов позволяет расширить сырьевую базу ТЭК.

5. Модульный принцип установок «СЖТ-Модуль» обеспечит высокую надежность и ремонтопригодность создаваемых производств.

Copyright © 2010 ООО "Технологические инициативы"

All Rights Reserved.

ООО "Углеродтопхим технология"
Алексей Озеренко
тел.: +7 495 997 24 36
info@uglerodtophim.ru

Курс ЦБ РФ USD и Forex EUR/USD - ИА «Финмаркет» GISMETEO: Погода по г.Москва